Суд обязал вернуть государству 11 га земли на берегу реки в Башкирии

Фото: РБК Уфа

Арбитражный суд Башкирии обязал фермера в Балтачевском районе вернуть в собственность государства 10,9 гектара земли у реки Кигаза. Суд удовлетворил требование прокуратуры республики, признав незаконным договор аренды земельного участка у водоема.

В мае 2013 года местная администрация заключила договор с ООО СХП «Агропартнер» об аренде пруда, образованного плотиной на реке Кигаза у деревни Усманово. В 2020 году «Агропартнер» переуступил право аренды участка за 10 тыс. руб. местной предпринимательнице Лилии Хайруллиной.

Прокуратура провела проверку в 2022 году. Сам участок относится к землям сельхозназначения. Но проблема в том, что он примыкает к водному объекту, а такие земли не могут передаваться в аренду решением местной власти — это прерогатива федерального органа.

«В соответствии с законодательством все водные объекты находятся в собственности РФ. Таким образом, орган местного самоуправления не наделен полномочиями на совершение распорядительных действий в отношении земельного участка, включающего в себя земли водного фонда», — сообщили в прокуратуре.

Против расторжения договора аренды выступили в министерстве земельных и имущественных отношений. В ведомстве указали, что на земле расположена кузница, которая используется, и гидротехнические сооружения, что находятся на балансе Норкинского сельсовета. В министерстве отметили, что прекращение договорных отношений плохо отразится на правах собственников и бизнеса. В прокуратуре возразили, что земля не используется по назначению: арендаторы не строят и не реконструируют плотину.

Суд же решил, что раз пруд на реке Кигаза не является изолированным, а соединен с рекой, он не может находиться в иной собственности, кроме федеральной.

«В собственности субъектов РФ, муниципальных образований, физических и юридических лиц могут находиться только пруды, обладающие признаками изолированности и обособленности от других поверхностных водных объектов, то есть не имеющие гидравлической связи с иными водными объектами. Если пруд не обособлен и не изолирован от других поверхностных водных объектов и имеет с ними гидравлическую связь, он относится к собственности РФ, в том числе в случае, когда пруд образован на водотоке (реке, ручье, канале) с помощью водонапорного сооружения», — говорится в решении Арбитражного суда РБ.

На этом основании иск полностью удовлетворили. Ответчики не стали обжаловать решение первой инстанции. Оно вступило в силу.

Решение суда выглядит обоснованным, учитывая, что земля у водоема считается федеральной собственностью, и местные власти не имели права ее арендовать, сообщил РБК Уфа управляющий партнер Zharov Group Евгений Жаров.

«Что касается сельхозземель, примыкающих к водоемам, то их аренда возможна, но с учетом ряда условий. Важно, чтобы такие земли не нарушали права на водные ресурсы и охраняемую природную среду. Аренда таких участков должна проходить через федеральные структуры, если они находятся в пределах охранной зоны водоемов. Таким образом, для аренды земель, примыкающих к водоемам, необходимо учитывать как местное, так и федеральное законодательство», — сказал Жаров.

Эксплуатация водных объектов на землях водного фонда осуществляется через договор водопользования, заключаемый с уполномоченным федеральным органом власти, указывает старший партнер «Ляпунов, Терехин и партнеры» Роман Ляпунов.

«Таким образом, администрация Балтачевского района действительно не имела права заключать договор аренды земельного участка, частично расположенного в береговой полосе. Такой участок в принципе не должен был быть поставлен на кадастровый учет. Вместе с тем, по моему мнению, суд первой инстанции незаконно отказал в применении сроков исковой давности. Так, срок исковой давности по недействительной (ничтожной) сделке составляет не более десяти лет с момента ее совершения, независимо от того, когда о ней узнали третьи лица. При этом, как неоднократно разъяснял ВС РФ, отсчет такого срока начинается с 1 сентября 2013 года, в том числе для сделок, совершенных до этой даты, по которым к 1 сентября 2013 года еще не истекли сроки исковой давности, работающие по прежним правилам. Оспариваемая прокуратурой сделка была совершена в мае 2013 года», — говорит Ляпунов.