Башкортостан⁠, 28 фев 2018, 12:26

«Улей без пчел». Хамитов заявил: малый бизнес так и не пришел в нефтянку

Глава Башкирии признал, что пока у крупных предприятий «всё хорошо», они не будут делиться заказами с малыми

Фото: Олег Яровиков

Глава Башкирии заявил о том, что малый и средний бизнес по-прежнему отрезан от производственных цепочек в сфере нефтехимии. Ситуацию крупных предприятий, занятых в этом секторе, он сравнил с «пчелиным ульем без роя пчел», потому что «вокруг гигантов тишина», вызванная отсутствием малых и средних предприятий. Выступление Рустэма Хамитова прозвучало на Российском промышленном форуме, который открылся в Уфе.

Оценивая показатели промышленности за 2017 год, глава республики признал, что две трети в объеме отгруженных товаров по-прежнему составляют продукты нефтепереработки и нефтехимии: «За счет этого мы жили, живем и, скорее всего, в обозримом будущем будем жить». Менее значительные доли (20% и 10%) составляют продукции машиностроения и обрабатывающих отраслей.

И в нефтяной отрасли, и в машиностроении в Башкирии есть проблемы с участием малого и среднего бизнеса. Если в машиностроении, особенно в оборонном секторе, это связано с «лицензированием, допусками, стандартизацией» (Рустэм Хамитов отметил, что «бизнес, чтобы получить заказ от оборонного предприятия, должен пройти не один, не два, а, может быть, десять кругов ада»), то в нефтяной промышленности делались попытки встроить малый и средний бизнес в отрасль. Как сообщал РБК-Уфа, несколько лет назад специально для этого был сформирован кластер малотоннажной нефтехимии. Госорганы в Башкирии активно выступали посредниками, рекламируя продукцию небольших предприятий крупным игрокам рынка, таким, как «Башнефть», «Газпром», «Сибур». Кампания велась под лозунгами импортозамещения и путем задействования административных рычагов.

Рустэм Хамитов признал, что кампания пока не принесла существенных результатов: вокруг крупных предприятий по-прежнему нет активности малых, а «номенклатура изделий соответствует тем заданиями пятидесятилетней давности, которые сформулировал Госплан». «Нужно, чтобы эти малые и средние предприятия сопровождали деятельность «крупняка», выпускали готовую продукцию, но этого нет. Они [крупные предприятия] как выпускали десятилетия назад одну и ту же продукцию, так и продолжают выпускать. Да, они зарабатывают хорошо, у них всё нормально, большие объемы выручки, хорошие зарплаты. А что делать с малыми и средними предприятиями? Как им развиваться, если их не подпускают к сырью, к этой работе, к заказам?» – спросил глава Башкирии.

Накануне первый заместитель руководителя агентства по технологическому развитию РФ Вадим Куликов, находясь в Уфе, заявил, что «у нас очень большой потенциал микро- и минитоннажного производства в нефтехимии. Это компетенции, которые практически утрачены в последнее время. Сейчас мы хотим такие компетенции восстанавливать. Естественно, с главой Башкирии мы договорились о том, что такие проекты будут обладать максимальным приоритетом со стороны руководства республики, Агентства и нашего учредителя – Правительства Российской Федерации».

В 2015 году профессор Эльшад Теляшев, курирующий работу нефтехимического кластера, так описывал в беседе с РБК-Уфа предполагаемую цепочку: «Первое крупное предприятие добывает нефть, второе получает нефтепродукты и передает третьему, которое занимается дальнейшей нефтехимией. На основании конечного продукта малое предприятие делает некие реагенты, которые нужны и первому, и второму, и третьему. Кластер – одна из кооперационных схем, которая позволяет оптимизировать финансовую, налоговую систему в этой цепочке. Она позволяет брать местную продукцию, но уже на полных законных основаниях (имеются в виду законы о закупках, о размещении заказов и т.д.). Средние и малые предприятия могут в разы увеличить отдельные показатели, в том числе и выпуск продукции». Тогда в организации кластера приняли участие 26 предприятий Башкирии.